Царскосельский лицей и имперская элита

215 лет назад под Санкт-Петербургом торжественно открылся Императорский Царскосельский лицей.

Греческое слово «лицей» — дань моде на античность, характерной для начала XIX века. Александр I рассматривал идею обучать в Царскосельском лицее своих младших братьев, но она так и не была воплощена.

Во многом благодаря Пушкину он стал легендой. Но всё-таки, дежурно повторяя добрые слова в адрес лицея, мы часто не задумываемся и не понимаем, какое на самом деле значение он сыграл в укреплении цивилизационного фундамента нашей страны.

Лицей — специальное учебное заведение для подготовки элиты. Именно в 1811 году закладывался фундамент для будущих государственных преобразований середины века. Вдохновителем же реформ начала XIX века стал граф Сперанский и министр просвещения граф Разумовский, они же подготовили первую программу обучения, которая включала в себя как гуманитарные, так и технические предметы. Отдельно выделялось физическое и духовное воспитание, системно преподавалось законоведение.

Набор учеников проходил раз в три года, принимали мальчиков 10–12 лет из дворянских семей. Все шесть лет учёбы лицеисты не могли уезжать домой на каникулы. День длился с шести утра до десяти вечера. Царскосельский лицей стал первым в России закрытым учебным заведением, где не применяли телесные наказания.

Любопытный исторический факт: в Царскосельском лицее преподавал родной брат Марата, того самого французского революционера. Он рассказывал Пушкину, что убийцу «друга народа» (Марата, если кто не знает) психологически обработал Робеспьер. А ещё поведал, как Марат пытался отучить брата от связей с девушками лёгкого поведения. В любом случае, знаменитый лицей — это не только сонный Дельвиг, «старик Державин нас заметил» и прочее. Но и горячие истории от брата звезды Великой французской революции.

В 1843 году лицей перевели в Петербург и переименовали в Александровский.

До Царскосельского лицея в России существовали школы переводчиков, школы подьячих, кадетские корпуса. Но все они готовили либо низовых технических специалистов, либо военных. Не было учебного заведения, которое открыто поставило бы целью подготовку людей, способных нести ответственность за судьбу страны.

Царскосельский лицей впервые заявил об этом прямо: в постановлении Александра I 1810 года было сказано, что Лицей учреждается «для образования юношества, особенно предназначенного к важным частям службы Государственной». Именно с этого момента «элитная подготовка» отделяется от «низовой» — и начинается история того, как несколько небольших учебных заведений, разбросанных по империи, сформировали служилое сословие, управлявшее Россией.

Царскосельский лицей был эталоном, но не единственным. За 33 года существования (1811–1844) он выпустил 286 человек. Из них 234 по гражданской части, 50 по военной, 2 по флотской. Первый выпуск 1817 года дал канцлера Горчакова, государственного секретаря Корфа, адмирала Матюшкина, поэта Пушкина, декабристов Пущина и Кюхельбекера. Один курс — и внешняя политика империи, её морские исследования, её литература и её первое революционное поколение. Позже лицей выпустил министра юстиции Замятина, государственного секретаря Ломоносова, сенатора Вольховского. К 1895 году общее число выпускников достигло 1283 человек, из которых 661 получил чин IX класса и выше — то есть вошёл непосредственно в средний и высший эшелоны бюрократии.

Модель не осталась в столице. В 1817 году в Одессе был учреждён Ришельевский лицей, указ был подписан в 1817-м. Это был второй лицей в империи, и он показал, что подготовка элиты возможна не только в Царском Селе. Среди его воспитанников — князья Волконские, Сен-При, Четвертинские, также болгары, ставшие деятелями национального возрождения: Найден Геров, поэт и вице-консул в Пловдиве, Николай Палаузов, будущий мэр Одессы, Иван Шопов, первый болгарский библиограф. Лицей готовил не просто чиновников, а людей, способных действовать в многонациональной империи и за её пределами. В 1865 году он стал Новороссийским университетом.

Город Нежин Полтавской губернии был третьим центром. Гимназия высших наук князя Безбородко открылась в 1820 году. Оттуда вышел Гоголь. Вместе с ним — Евгений Гребёнка, Нестор Кукольник, а также поколение учёных и государственных деятелей, работавших далеко от столиц. Нежин доказал: элита формируется не только в Петербурге и Москве. Провинциальный город с хорошим учебным заведением способен дать империи людей, определяющих её культуру и управление.

Ярославль добавил к этой картине массовость. Демидовское училище высших наук открылось в 1805 году на средства Павла Демидова. К 1833 году через училище прошли 740 студентов. В 1834 году оно стало Демидовским лицеем, с 1868 года — юридическим. Выпускники поступали на гражданскую службу с чином XIV класса. К 1874–1903 годам лицей выпустил 3882 человека. Это уже не десятки избранных, а тысячи людей, встроенных в государственную машину. Среди воспитанников — поэт Бальмонт, писатель-фантаст Беляев, философ права Трубецкой.

Цифры складываются в простую картину. Четыре лицея — Царскосельский, Ришельевский, Нежинский, Демидовский — за первое столетие своего существования дали империи несколько тысяч человек с высшим образованием и правом на чин. Из них сотни поднялись до уровней, где принимаются решения о войне и мире, о финансах и суде, о просвещении и цензуре. Горчаков вёл внешнюю политику при двух императорах. Корф управлял Публичной библиотекой и писал историю царствования Николая I. Замятин возглавлял министерство юстиции. Матюшкин исследовал Арктику и командовал флотом.

Вопрос не в том, сколько дипломов было выдано. Вопрос в том, кого, чему и ради чего учили. Пушкину было восемнадцать, когда он вышел из Царского Села с чином коллежского секретаря. Горчакову — столько же. Государство доверяло им задолго до того, как современный человек заканчивает бакалавриат. И это доверие, качество отбора и интенсивность подготовки создавали служилую элиту Российской империи.