Первая национальная
Возвращаюсь к первой советской переписи 1920 года. Впервые в истории наших переписей вопрос о национальности был поставлен так, что человек должен был руководствоваться собственным национальным самосознанием, а не происхождением или другими формальными признаками. Ответ фиксировался со слов респондента.
В анкете было два смежных вопроса: о национальности и о родном языке. Прямым назначением вопроса о родном языке было уточнение ответа о национальности, если он был недостаточно определенным. Под родным языком в 1920 году понимался язык, на котором говорит семья опрашиваемого (в многоязычных семьях — мать).
Такой подход (самоопределение) отражал новую политику советского государства в национальном вопросе. В то же время методика отличалась от последующих переписей. Например, в переписи 1926 года вопрос был сформулирован как «народность» и критерии учета немного изменились, что делает прямые сравнения данных этих двух переписей сложными.
Этот принцип учета национальности стал важной вехой в истории российской статистики. К сожалению, статистика по национальностям не была полностью опубликована по всей стране. Тем не менее, до нас дошли ценные фрагменты этих данных для отдельных регионов. Они дают яркое представление о том, насколько пёстрым был национальный состав даже в отдаленных частях молодой Советской республики.
Брянская губерния: в этом регионе перепись зафиксировала разнообразный состав. При подавляющем большинстве великороссов (свыше 1 млн человек) на первом месте среди национальных меньшинств были евреи — 11 821 человек. Также в губернии проживали 4 929 малороссов, 3 646 белорусов и 2 229 поляков.
Северо-Двинская губерния: в этой северной губернии (современные Архангельская, Вологодская области, Республика Коми и др.) перепись зафиксировала поистине удивительное для того времени разнообразие. Наряду с крупными группами были учтены армяне, грузины, а также, что очень необычно для этих мест, корейцы, сирийцы, американцы и французы.
Сибирь (Енисейская губерния): в этом регионе перепись выявила большое разнообразие: немцы (14 889), татары (13 768), эстонцы (9 256), евреи (6 234), мордва (4 962), а также представители малых народов, например, хакасы (43 819) и даже единичные случаи, такие как бельгийцы (1) и швейцарцы (4).
В момент проведения переписи в 1920 году понятие национальности только начинало меняться. Исторически в Российской империи восточных славян — собственно, русских — делили на великороссов, малороссов и белорусов. Перепись 1920 года, с одной стороны, еще использовала привычную терминологию, а с другой — уже вводила новый принцип самоопределения.
В архивных документах по переписи 1920 года в Уфимской губернии прямо указано, что в ведомостях «русские» обозначались как «великороссы», а украинцы — как «малороссы». Однако в некоторых регионах, например, в Актюбинской области в списках 1920 года национальность указывалась как «русские», а сам этноним «украинец» в официальных документах стал появляться примерно с 1924–1925 годов.
Важно понимать, что для многих людей того времени выбор был непростым. В некоторых регионах, особенно на Кубани и Дону, люди малороссийского происхождения в 1920-е годы часто называли себя «перевертнями», их идентичность была тесно связана с сословной (казачьей), а не чёткой национальной принадлежностью.
К переписи 1926 года уже было дано специальное указание: избегать записи «русский», стараясь через дополнительные вопросы определить, является ли опрашиваемый «великороссом», «малороссом» (украинцем) или белорусом. Это было частью политики «коренизации» и создания национальных республик, в ходе которой термин «малоросс» постепенно вышел из официального употребления.